(no subject)

Завтра оболваненный народ будет покорно праздновать день независимости своей страны от собственных территорий

(no subject)

На бордюре под окном сумаcшедшая седая старуха крупными каракулями исписывает один за другим серые листы использованной канцелярской бумаги . Вынес ей пачку новой. Не поднимая головы, сказала - вот за это спасибо. Счастливый человек.

(no subject)

В один из вечеров в Перми мы были приглашены в музей к Гельману, типа на поэтические чтения. В зале человек 20, перед нами собственно Гельман, поэт Всеволод Емелин и некто политик Илья Пономарев. Марат, представляя их, сказал что-то о свободе, положении в стране и о Болотной площади. Стало понятно - это очередная предвыборная акция, мастер-класс для свободомыслящей части пермяков. Вначале на разогреве работал Емелин . Он читал свои обворожительные матерные стихи, при этом постоянно смущенно смотрел на Гельмана, взглядом вопрошая – достаточно ли остро и революционно он рифмует свои не особенно революционные мысли? Было видно, что Севу роль нового Демьяна Бедного изрядно смущает, тяготит и блядь – когда ж все это закончится и можно будет бухнуть. Завершив последний стих , в финал которого была вставлена непонятно откуда вынырнувшая фраза про оранжевую революцию, поэт Емелин с великим облегчением опустился на стул.
Слово взял гвоздь программы – депутат Госдумы вроде как от “Справедливой России”, но еще вчера бывший верным соратником Зюганова, Илюша Пономарев – худощавый молодой человек с лукавым умным взглядом, нездоровым цветом лица и реденькой бородкой. Будто сошедший с экрана фильма про покушение на царя или со страниц романа Федора Михайловича “Бесы”. Говорил долго, многословно, красиво и довольно убедительно, но при беглом анализе исключительно на тему “кто виноват?” Высокое собрание бурными аплодисментами встречало фразы : Путин – стареющий самец, Путин – вор, Путина – в тюрьму , мы пойдем до конца. Нервный пожилой мужчина в шарфике из зала от себя громко добавил – сажать надо быстрее, пока крыса не превратила все газпромовские и прочие акции в кэш и не убежала на запад! И другие стали кричать с мест, развивая мысль. Депутат Пономарев хитро по-ленински улыбался, судя по всему испытавая чувство удовлетворения приличной глубины. Мы с Безукладниковым , пришедшие на вечер поэзии, а попавшие на веселое микро-шоу, молча наблюдали за происходящим. Понятное дело до обсуждения темы “ что делать?” или тем паче “что дальше?” разговор не дошел да и не должен был .
На следующее утро в гостинице за соседним столиком завтракал поэт Емелин. Перед ним стояла тарелка с яичницей , а рядом графин с водочкой. Поэт опрокинул рюмку, улыбнулся улыбкой Будды и сказал нам – доброе утро. Счастлив был Сева и благостен.

(no subject)

Вот у нас ордена-медали дают подводникам да летчикам. А я бы дал Героя тому безымянному, но при этом разумеется абсолютно конкретному телевизионщику, который послал оператора к американскому посольству и страна увидела всю эту малоприятную компанию, сначала судорожно прячущую лица, а потом истерящую с переходом на визг. Аккурат как мелкий вор, схваченный за руку в трамвае. Вот так просто - послать оператора в нужное время и в нужное место, снять 30-секундный ролик и сделать этим для страны больше чем все митинги на Поклонных горах вместе взятые. Снимаю кепку перед Героем.

кино про Высоцкого



Позвонил как-то вечером моему другу liberov его коллега В. Гафт и говорит - "Старик, умереть не страшно . Страшно , что после смерти тебя сыграет Безруков."
Прав Валентин Иосифович бесконечно.
А кино в целом вполне себе. За исключением фантомаса.